Почему мужчины не идут работать в школы?


Скажете, зову инженеров работать в школу, а ведь туда не очень-то и устроишься! Учительницы, для которых школа стала местом зарабатывания денег, разобрали все часы. В одной школе, куда я пришел устраиваться, директор ответила, что учитель физики не нужен, мол, этот предмет за учительницей химии, которая ведет и биологию. В другой отказали, сказав, что трудовик хорошо диктует учебник физики. А то, что я слышу от учеников на уроках, какие «перлы» они выдают от такого, прости Господи, «преподавания», так это уму непостижимо! Нормальной считается, кстати, и нагрузка учительницы 6-8 уроков ежедневно, а ведь после 4-5 уроков такой учитель превращается просто в магнитофон. Это все, чтобы набрать часы для зарплаты.

Но мы, новые учители, должны объединиться и вместе с родителями, через суд, вытолкать из школ хапуг и непрофессионалов.

Господа инженеры! Вы можете, только предъявив свой диплом, преподавать алгебру, геометрию, физику, химию, черчение, труд.

Начните с полставки. Хлеб этот тяжелый. Зарплата, для начала, 5-6 тыс.

Вам будет противостоять ВСЕ! Вся эта неверно работающая машина будет бить вас током при малейшем касании.

Но только вам под силу эта работа. Нужно заплатить эту цену своими нервами, загладить вину молчания и малодушия. И своими знаниями и личностью послужить для России.

Андрей НЕПОМНЯЩИХ: Вина русских мужчин

Недавно на сайте «Альтернативной Газеты» я наткнулся на статью «Вина русских мужчин» за авторством Андрея Непомнящих. Меня, как инженера и сына учителя, статья не оставила равнодушным. Темы, затронутые в ней, близки мне и моим родным. Волею судеб я много общаюсь и с учителями, и с инженерами. И потому, думаю, мог бы озвучить и проанализировать мнения и тех и других.

Краткий смысл статьи — призыв инженеров идти в школы. Работать учителями физики, химии, чтобы зажигать в душах подростков тягу к науке, экспериментам, естествоиспытанию. Благороднейшая цель, казалось бы. Но на пути к осуществлению таких целей, как правило, встречается очень много преград.

В статье Андрей клеймит и учителей, что работают «за себя и за того парня», набирая себе непомерное количество часов, и администрации школ, которые закрывают глаза на такое преподавание, и всю систему образования в целом. Сразу оговорюсь: защищать то, что нам сейчас преподносят как систему образования, я не собираюсь. Но далеко не в ней одной беда. Я не хочу оправдывать людей, которые занимаются диктовкой учебников, но и у них есть мотивы, вызванные не только корыстью. Проблем в школе очень много, и большинство из них Андрей поднял заслуженно. Но как человек, знакомый с обеими «сторонами баррикад», я хотел бы прояснить некоторые моменты. В школе действительно не хватает мужчин. Не только инженеров. А мужчин в принципе. Воспитание молодого поколения уже давно перешло в женские руки. И вряд ли скоро из них уйдёт. Причины здесь следующие:

1. Труд учителя — работа не для человека, который кормит семью. Что бы ни говорили дяди с голубых экранов, зарплата школьного учителя была и остаётся посредственной. Конечно, я не беру в расчет людей, которые уже давно реализовались в профессии, заработали себе имя, и имеют возможность организовывать курсы или зарабатывать репетиторством. Таковых меньшинство. Подавляющая масса людей, приходящих в школу, уходят оттуда буквально после года-двух работы. В том числе и мужчины, и инженеры. Потому что учить детей — сложнейший труд, за который, по сути, платят гроши.

2. Работа учителя — это не престижно. Совсем не престижно. По результатам опроса сайта HeadHunter.ru, проведенного среди девушек в 2012 году, самые популярные профессии их будущих мужей — предприниматель и государственный служащий. Вторые места делят менеджеры, «пиарщики», экономисты, военные, юристы. Далее идут инженеры, IT-специалисты, представители рабочих профессий. И на последнем, на самом последнем месте — школьный учитель. Почему так? Наверное, отчасти это вытекает из предыдущего пункта, а отчасти из того, что в массовом сознании учитель — это женщина средних лет, но никак не мужчина. Поэтому мужчину-учителя подчас рассматривают как мужика на женской работе, который так и не смог устроиться «в серьёзное место».

3. Преподавать тем, кто не очень хочет учиться — адский труд. Это уже набившая оскомину тема, но всё же это факт: современная система образования целиком и полностью отбивает всякое желание школьников глубоко постигать материал. Заметьте — учеников готовят к ЕГЭ, а не к поступлению в вуз. Учатся за оценку, а не во имя знаний. Всё для той же «галочки». Пробудить у людей жажду к знаниям, после того как её долго и упорно отбивали — это действительно искусство. К сожалению, не всегда подвластное даже изобретательному мозгу инженера.

4. Бумажная волокита. Чем, думаете, занимается учитель в методический день? Разрабатывает новые методики преподавания? Продумывает план урока? Как бы ни так. Учитель в эти дни по обыкновению пишет бесконечные отчеты, характеристики, учебные планы для комиссий. Даже если ты работаешь рядовым учителем, который отрабатывает свои полставки, ты всё равно обязан написать, как минимум, рабочие программы, по которым будешь учить детей, отчеты, характеристики. И это не раз в год. Хочешь карьерного роста, повышения разряда? Писать придется в разы больше: тут тебе и анализы открытых уроков, и набившее оскомину портфолио, и прочее. Можно не говорить о разнообразных проверках, аккредитациях, аттестациях. Такую огромную бюрократическую работу взваливать на себя даже за серьезные деньги не очень-то хочется, а кому нужна такая головная боль в качестве факультатива.

5. Авторитет. Каждый человек знает, что заработать себе авторитет в коллективе — задача не из простых. Даже среди взрослых людей, занятых одним делом. А в обществе детей, порой движимых порывом, не признающих авторитетов взрослого мира, практически невозможно. Что уж говорить об инженере — человеке, который посвятил свою жизнь технике, а не человеческой психологии.

6. Директора школ. Допустим, квалифицированный инженер хочет прийти работать в школу. Но, к сожалению, он не всегда найдёт здесь поддержку со стороны руководства. Как и всякий чиновник, подчиненный районным властям, директор должен радовать начальство своими отчетами. А отчёт отражает не количество учеников, которые захотели стать инженерами по примеру преподавателя, а учебные часы, программы и т.д. Основная задача — чтобы ученик сдал ЕГЭ, а не знал и любил физику. Тогда похвалят, дадут улучшенное финансирование, новое оборудование. А если из школы выйдет талантливый инженер, ей ничего не достанется. Так что готовить учеников к ЕГЭ — выгодней. Получается, что для директора куда больший союзник — коллега-учитель, нежели романтик—инженер.

Совокупность этих факторов заставляет любого инженера, решившего помочь отечественному образованию, бежать из школы со всех ног. Проблемы столь разносторонние и обширные, что решать их можно только в комплексе.

Поможет ли тут один энтузиазм?

«Были у меня такие мысли, — делится со мной один из моих коллег. — Но куда привлекательней пойти в институт. Там люди уже знают что хотят, и у них есть мотивация учиться».

Желание занять «теплые» места подменила школьникам тягу к науке, но их ли тут вина? Не взрослые ли являются им в этом примером? Гораздо больше, чем в школе, в семье закладывается ценностная основа личности ребенка. Пример, который подают ему самые близкие люди, станет определяющим для него на долгие годы. Как ни клейми школу за то, что «не привила любовь к науке», не воспитала, не наставила на путь, личный пример — вот основной инструмент воспитания. И вопрос — так ли виновата школа в отсутствии мотивации к учёбе? — еще предстоит раскрыть.

Что можно сделать со сложившейся ситуацией, которая на первый взгляд кажется патовой? Ведь голым энтузиазмом в корне изменить всю систему образования невозможно. Но, как сказал древнекитайский философ Лао-цзы, дорога в тысячу ли начинается с одного шага. Есть способы, с помощью которых можно было бы привлечь талантливых инженеров, да и не только инженеров, к учительскому труду, взрастить в школьниках тягу к науке.

Я не стану давать советы в масштабах страны. Этими вопросами занимаются, несомненно, более достойные люди. Но постараюсь привести несколько предложений для исправления ситуации хотя бы на районном уровне:

1. Активизировать и поощрять взаимодействия школ с научными и производственными предприятиями города. Ведь решение стать ученым, инженером, химиком приходит не в момент зубрёжки формул и теорем, а рождается из жизненных примеров. Но, к сожалению, вместо школьников по передовым производствам разъезжает только сытое начальство.

2. Поддержка талантливых учителей. Есть множество преподавателей, талантом и трудами которых в нашей стране взращено не одно поколение достойных специалистов. Почему бы не поддержать их, хотя бы на региональном уровне? Система оценки их деятельности должна быть совсем иная, не та, что спускается из министерства. Необходимо не только материальное поощрение учителей, но и медийная поддержка. Например, возможность проводить открытые видеоуроки, которые были бы доступны многим школьникам, а не только узкому кругу учеников.

3. Изменение системы отчётности. Конечно, это прерогатива министерства образования. Но сигналы в министерство о неэффективности такого рода отчётности необходимо посылать с мест. Чиновники из Управления образования районной администрации наверняка сами понимают неэффективность этой системы, но, не желая лишний раз привлекать к себе внимание начальства, предпочитают не выступать с инициативой. На деле, избавление учителей от вороха бумажной волокиты смогло бы повысить эффективность их работы, и не отпугивать привлечённых специалистов.

4. Популяризация профессии учителя. Дни открытых дверей в школах проводятся сейчас в основном для привлечения новых учащихся в школы, для родителей, и, конечно же, для отчётности. Но почему бы не расширить круг людей, для которых такое мероприятие было бы интересным? Почему бы не показать специалистам из разных областей, что есть возможность помочь в воспитании новых кадров для страны, что для этого есть поддержка со стороны руководства школ.

5. И, наверное, самое главное. Как ни старайся, какие средства ни выделяй на образование, какие методологические эксперименты ни выдумывай, человек следует за примером самых близких и авторитетных в его жизни людей — родителей. Помните об этом, когда решите, что школа не воспитала вашего ребенка. Основным учителем для ваших детей были и остаётесь вы сами.

В заключение хочется вспомнить разговор с одной из моих знакомых учительниц, которая высказалась по поводу предложения Андрея: «Мужчине в школе сейчас очень трудно работать. Мужчина может сделать многое за раз, но ему будет тяжело выполнять кропотливую бумажную и методическую работу изо дня в день. Сама система выживает мужчин из педагогического коллектива. Систему, конечно, необходимо менять. Тогда и мужчины потянутся в школу, и школа изменится сама».

Нам самим под силу начать те изменения, которые в дальнейшем, возможно, приведут к изменению всей образовательной системы. Но для этого нужно желание и инициатива. Инициатива не только отдельных инженеров-романтиков или чиновников-альтруистов. Это должно быть общее дело, которое позволит изменить костную систему хотя бы на районном уровне. Подать пример другим. Показать, что образование детей — дело всеобщее, что специалисты могут помочь образованию, а звание Учителя — воистину почётно.

Максим БАЛАШОВ, инженер и сын учителя

Источник: http://alt-gazeta.ru/index.php/prognozy/3541-2013-03-10-20-30-07.html

==========

О проблемах начального школьного образования в современной России

Реформа образования

Реклама

3 comments on “Почему мужчины не идут работать в школы?

  1. Максим Балашов, я не понимаю, зачем вы написали эту статью, и вот почему. Андрей Непомнящих на своём примере призывает определённую группу инженеров, заразившись идей помочь Родине воспитанием молодого поколения, пойти работать в школы. При этом в статье не описаны очевидные причины того, почему мужчины не идут работать в школы. Просто сказано, что обстоятельства, отбивающие желание стать учителем, сильны, но не смотря на них, ради будущего нашей страны, инженеры должны пойти в педагоги. Вы отвечаете на это следующим образом. Сначала описываете причины, удерживающие мужчин от принятия решения стать школьным учителем, затем выдвигаете некоторые предложения, к слову сказать, абстрактного содержания, призванные сделать работу учителя привлекательной . Таким образом, называя вещи своими именами, вы говорите следующее: «Быть учителем слишком трудно, и я не готов ради идеи выбрать эту профессию. Вот если бы мне предложили приемлемые условия, я бы, может быть, согласился.» Такой ответ очень похож на ответ людей, когда я у них спрашиваю, почему они не ходят на маршы миллионов. Обычно, все отвечают, что ничего этими митингами не добьёшься, а, вот, если бы в стране существовали условия, которые бы позволяли надеяться на результативност ь митингов, тогда бы они, наверно, пошли бы. Мне не были понятны эти слова, пока, однажды, в беседе со своим знакомым, также мне ответившим, я не выяснил, что за ними скрывается. Он мне решительно заявил, что равнодушно относится к стране и народу, и не готов за это бороться, у него есть родные и друзья, и вот за них он готов сражаться. Как я позже выяснил, подавляющее большинство моих знакомых думает также. Так вот, Максим Балашов, ваша статья — это отговорка, оправдание своего малодушия, заставляющего Вас, бояться быть патриотом своей Родины, потому что патриотизм, предполагает не пустой трёп, а действия.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s